ВЫБОР ПУТЕЙ
Надежда МАКСИМОВА
ОТ ЛЮДЕЙ НЕ ИЗБАВЛЯЕМСЯ…
В Волгограде, в районе Новороссийской улицы, что в самом центре города, сосредоточен целый ряд организаций, имеющих отношение к социальной защите незрячих. Здесь расположены местная организация Центрального района и клуб ВОС, недавно открывшаяся школа для незрячих и слабовидящих детей и Ассоциация незрячих специалистов «Надежда». Здесь, в Ассоциации, мне рассказали о незрячем предпринимателе Александре Васильевиче Гребне - на его фирму, мол, перешли многие рабочие с предприятия «Маяк», которое, похоже, доживает последние дни. Офис этой фирмы тоже оказался неподалеку, в соседнем доме.
Надо сказать, что Александр Васильевич успешно занимается производственной деятельностью недавно, но его имя известно в восовских кругах с конца 80-х годов. Тогда он вместе с единомышленниками помогал заполнять информационную брешь, возникшую из-за недостатка в библиотеках и первичных организациях озвученной литературы. Многие помнят выпущенные ими говорящие книги и оперативно выходящие номера литературно-публицистических, так называемых толстых журналов. С этой темы и начался наш разговор с Александром Васильевичем.
ГРЕБЕНЬ: В 1989 году мы озвучивали книги и журналы: «Новый мир», «Дружба народов». У нас была студия звукозаписи. Мы записывали и рассылали эти журналы, причем не выборочно, а полностью - от корки до корки. Там ведь не только художественные произведения, но и публицистика, и критика были интересны. И по срокам выхода мы не отставали от плоскопечатных журналов. Как нам это удавалось? Мы не ждали, пока поступит очередной номер журнала. Мы созванивались с издательством и снаряжали нарочного, который отправлялся в Москву, приобретал там свежие номера и быстренько доставлял их сюда. Если третий номер выходил, допустим, в марте, то уже в апреле он был озвучен и отправлен в наши библиотеки.
Записывали мы и художественную литературу, отсылали книги в республиканскую центральную библиотеку и во все областные центры Российской Федерации. У нас был заключен прямой договор с центральным правлением общества слепых. Они финансировали нашу деятельность. И качество записей у нас было неплохое.
Но с 91-го года началась инфляция, и мы не устояли. Цены на магнитофонную ленту скакали так быстро, что деньги к нам возвращались через три-четыре месяца, и на эти деньги уже нечего было купить. Мы начали терпеть убытки. Пришлось переключиться на коммерческую деятельность.
КОРР.: Расскажите теперь о себе, об основных вехах биографии и профессиональной деятельности.
ГРЕБЕНЬ: Детство я провел в Волгоградской области. Учился в массовой школе Когда мне было 14 лет, я потерял зрение в результате травмы. Поехал учиться в школу незрячих и слабовидящих детей в Саратов. Учился там с 1970-го по 1975-й год. Затем поступил в Курское музыкальное училище по классу баяна. Учился у известного педагога Станислава Константиновича Озерова. Закончил в 1979-м году. Затем работал в Волгограде по специальности. Был художественным руководителем в клубе, аккомпаниатором.
В 1985-м году я женился. Моя жена - работник библиотеки. У нас две дочери. Одна учится на первом курсе торгового университета, на факультете экономики управления. Младшая дочь учится в десятом классе. Вот такая у нас семья.
КОРР.: У ваших дочерей есть проблемы со зрением?
ГРЕБЕНЬ: Нет.
КОРР.: А как вы оказались связаны с производством?
ГРЕБЕНЬ: Я работал некоторое время на УПП. Меня там избрали председателем первичной организации, потом я стал заместителем директора по социальным вопросам. Заочно закончил Волгоградский государственный университет, исторический факультет. Потом закончил еще платные годичные курсы по специальности организация предпринимательской деятельности, в Волгоградском политехническом университете. С 1992-го года организовал свое дело.
В любом начинании важен фактор своевременности, но есть и доля случая. У меня эти два момента удачно совпали. Когда я зарегистрировал свое предприятие, мне повезло. В нашем жилсоцбанке оказался толковый банкир, который дал нам кредит, практически без гарантий. И он не ошибся в нас - дело пошло. Сначала мы занимались торговлей и посредничеством. Потом решили развивать собственное производство, начали искать оборудование. Приобретали его у разных производителей, но в основном у завода «Симферопольпродмаш». С 1997-го года мы начали выпускать продукцию, которую производим до сих пор: это крышка металлическая для консервирования.
КОРР.: А как называется ваше предприятие?
ГРЕБЕНЬ: ООО «Эталон».
КОРР.: А сколько на нем рабочих?
ГРЕБЕНЬ: В зависимости от сезона численность работающих несколько колеблется. Но в среднем работает 50-60 человек. Из них более 70 % - инвалиды по зрению.
КОРР.: Как вы вышли именно на эту продукцию?
ГРЕБЕНЬ: Одной из основных позиций нашей торговли были именно эти крышки. Мы их приобретали у Астраханского, Белгородского и ряда других предприятий. Затем начали размещать заказы на Волгоградском консервном заводе. Мы им поставляли металл, викельное кольцо. А затем уже решили изготавливать сами. Сырье мы напрямую берем с Магнитогорского комбината, по договорам. Лакируем на Волгоградском консервном заводе. Или на Азовском предприятии в Ростовской области.
КОРР.: А производственные помещения где у вас?
ГРЕБЕНЬ: К сожалению, наши участки разбросаны по городу. Штамповочный участок находится в Промзоне города Волгограда, в Дзержинском районе. Сборочный участок - в центре города, на Новороссийской, 8. Мы привозим сюда всю комплектацию упакованнуой в коробки, и с этих же площадей происходит реализация. Проблема у нас в том, чтобы объединить штамповочный участок и участок сборки. Мы ставим вопрос, чтобы нам сдали в аренду часть основных площадей предприятия «Маяк» по адресу ул. Землячки, 29. Но пока этот вопрос не решен. Пока только разговоры идут вокруг да около. «Маяк» тоже изготавливает такие крышки, но очень мало. В этом, 2002-м году, если они отработали хотя бы две-три недели в течение всего года, - это хорошо.
КОРР.: А ваши рабочие постоянно загружены работой?
ГРЕБЕНЬ: Сегодня 12-е ноября, а мы еще работаем, хоть наша продукция имеет сезонный характер. Мы сейчас работаем немножко на склад, про запас. Мы уверены, что реализуем эту продукцию. Еще немного поработаем, затем уходим в отпуск до Нового года. Мы не скрываем, что нам придется рабочих попросить около месяца отдохнуть за свой счет. Рабочие, как правило, понимают, идут навстречу. Конечно, они имеют полное право требовать, чтобы им оплачивали простой. И мы обязаны оплачивать. Но это усугубило бы экономическое положение предприятия -съедаются оборотные средства, и мы просто себя выхолостим. Что и происходит на большинстве предприятий общества слепых. Уже с февраля мы начнем работать, и в разгар работы, в сезон, мы всегда стараемся компенсировать то, что люди потеряли зимой - премии рабочим выписываем. Настало время, когда рабочие и руководители производства должны находить взаимопонимание, доверять друг другу, а не просто становиться жестко на букву закона и требовать свое. Судя по всему, нам удается достигать взаимопонимания.
КОРР.: А как сбыт у вас налажен?
ГРЕБЕНЬ: Есть такой известный еженедельный журнал - «Товары и цены», он выходит на всей территории России от Владивостока до Смоленска. Мы размещаем рекламу и в нем, и в местной прессе: в газетах, по радио постоянно себя рекламируем. Нас в радиусе 500 километров, а то и больше, знают многие. Все, кто производит одну и ту же продукцию, конкурируют, а потому друг за другом аккуратненько следят, особенно по ценам. Нашу продукцию берут и консервные заводы, и розничная торговля, и посредники. На юг России наша продукция почти не поступает. Астраханская и Ростовская области, Краснодарский и Ставропольский края, полностью обеспечиваются своими производителями. Мы даже не пытаемся внедряться в этот рынок. Наш регион - северное направление.
КОРР.: А какие у вас преимущества?
ГРЕБЕНЬ: Во-первых, мы часто делаем доставку своим транспортом. Обязательно смотрим, какая цена сложилась в регионе. Скажем, были у нас клиенты из Арзамаса Нижегородской области. До Москвы им вроде бы ехать ближе, чем до Волгограда. Но мы просчитываем: если нам все-таки выгодно продать им, в зависимости от величины партии делаем скидку, обговариваем условия доставки. То есть, заинтересовываем ценой.
КОРР.: Себестоимость вашей продукции - где-то на общем уровне или пониже, повыше?
ГРЕБЕНЬ: Вопрос себестоимости для нас - один из больных, из-за тех же проблем с площадями. Определенный круг затрат у нас связан с тем, что штамповка находится на одних площадях, сборка на других. А это дополнительные перевалочные работы, транспортные расходы, погрузки, разгрузки. Зато мы исключаем такое звено, как посредник. Напрямую приобретаем металл с Магнитогорского комбината. У посредника это уже было бы на 4-5 процентов дороже. Викельное кольцо, уплотнительную резинку, также стараемся брать напрямую у изготовителя, отметая любого посредника, который ведет к удорожанию продукции.
КОРР.: Сколько ваши рабочие получают?
ГРЕБЕНЬ: Если нормальная загрузка - четыре-четыре с половиной тысячи на штамповке. На сборке - в зависимости от того, кто как работает. В среднем около двух тысяч рублей, полторы тысячи.
Подавляющее большинство наших рабочих раньше работали на «Маяке». Я их всех прекрасно знаю, и они меня хорошо знают. Мы стараемся брать в первую очередь людей семейных, у кого дети есть. Сейчас ведь даже просто собрать ребенка в школу очень дорого. Люди работают у нас с полными социальными гарантиями. Оплачиваемый отпуск имеют, больничные им оплачиваются. Что касается заработной платы, мы никогда ее не задерживали. На данный момент у нас работает три студента. Одна учится в институте культуры, на последнем курсе. Еще двое учатся в Волгоградском государственном университете на филологическом факультете, заочно. Мы им оплачиваем все, что мы обязаны оплатить, по закону.
КОРР.: А кстати, на предприятии вашем много молодых рабочих?
ГРЕБЕНЬ: Есть, конечно. Одна работница сейчас в декретном отпуске, который мы тоже оплачиваем как положено. Мы ни в коем случае никого не увольняем в таких случаях. Немало руководителей, только узнав, что женщина собирается уходить в декретный отпуск, под любым соусом стараются ее рассчитать. У нас - ни в коем случае.
КОРР.: Ну вы прямо какие-то мамонты. Таких сейчас днем с огнем не сыщещь.
ГРЕБЕНЬ: Что есть, то есть. Мы от людей не избавляемся. Хотя, я замечаю, что многие, приходя с больничным листом, говорят с просительной интонацией - вот, мол, мне бы оплатить. В то время как это его законное право. Да, отвыкли люди от социальных гарантий. Когда начались перестроечные перемены, люди утратили доверие к руководителям. Многие считают, что частные предприниматели больничных и отпусков не оплачивают, декретных тем более, студентам сессии не оплатят. У нас другая позиция. Люди должны учиться. Я сам через это прошел и знаю, какие трудности стоят перед студентами. Нужно осваивать массу литературы, которой нет по Брайлю, которая не озвучена. Приходится держать чтеца. И даже с брайлевской бумагой трудности. Наша Лиля Скоробогатова учится на филологическом. Я у нее спрашиваю: как вы пишете? - На обычной оберточной бумаге, - говорит. - Выделите мне, Александр Васильевич, хотя бы одну пачку на сессию.
КОРР: Немаловажная сторона социальной жизни незрячих - это возможность где-то собираться, общаться друг с другом. Как у вас с этим?
ГРЕБЕНЬ: Вот с этим у нас проблема. Молодежь у нас есть, а встретиться им вне работы негде, чтобы они могли познакомиться, пообщаться, поближе друг друга узнать. Здесь через дорогу находится клуб общества слепых, но там все сдано в аренду, даже в шашки поиграть негде.
Мы в этом году, правда, организовали в этом клубе концерт для наших рабочих. Совместно с областным правлением социальной защиты мы пригласили саратовских школьников, и они сюда приезжали в мае месяце. Прекрасный был концерт! Большое спасибо Сергею Николаевичу Шегоевскому и Елене Юрьевне Дубровской. Мы просто были поражены, когда выходили и пели дети второго-третьего класса в сопровождении эстрадного ансамбля. Второй концерт они дали для сотрудников областного отдела соцзащиты, на полтора часа. Ансамбль этот называется «Ветра перемен». Они и в Москву ездят. Предприятия, у которых есть средства, - пусть не пожалеют и пригласят этих ребят. Я уверен, что все будут довольны.
КОРР.: А как вы смотрите на общие восовские проблемы?
ГРЕБЕНЬ: Мы считаем, что тех, кто занимается предпринимательством и не работает напрямую в сфере общества слепых, Центральное правление игнорирует. Но мы косвенно все-таки работаем в интересах инвалидов по зрению, обеспечиваем их работой.
Если у нас возникают какие-то вопросы, нам их приходится решать самим, на местном уровне. Мы идем в городскую думу, отстаиваем ту точку зрения, которую считаем нужной. А у нас ведь есть председатель областного правления, и он мог бы нас всех собрать - человек пять-шесть, которые занимаются такого рода деятельностью. Спросить, какие у нас проблемы. Областное правление общества слепых могло бы выходить с этими проблемами на областную думу, на аппарат городской или областной администрации и помогать нам их решать. Ведь от нас зависит трудоустройство инвалидов. Сейчас «Маяк» не может их обеспечить работой, а мы можем. Областное правление могло бы нам предоставить производственные площади в аренду на льготных условиях. Но этого почему-то не происходит. Отношение к нам несколько такое, скажем, с дистанцией.
КОРР.: А вот, предположим, взять бы вам да поднять этот «Маяк». У вас ведь профиль тот же, и люди те же, и площади, и социальная сфера - все в одном месте. Как бы вы отнеслись к такому предложению?
ГРЕБЕНЬ: Сейчас на «Маяке» накопилась масса долгов. За электроэнергию, за газ. Кто их будет платить? Они от арендаторов получили стоимость арендной платы, а туда что входит? Стоимость квадратного метра, стоимость тепла, электроэнергии, воды. Получили за воду, за тепло, за электроэнергию, - сразу рассчитайтесь с поставщиками данных услуг. Однако этого не происходит. Куда уходят деньги? Сейчас зима, арендаторы заплатили за теплоснабжение, а тепла нет. Предприятие становится неработоспособным.
Сейчас все восовские предприятия превратили в общества с ограниченной ответственностью. Центральное правление сдает площади этим ООО в аренду. Раньше предприятие, выпускающее сезонную продукцию, в период первого и четвертого квартала года, когда реализация и прибыль на нуле, ничего не отчисляли в ЦП. Они платили налог только в тот период, когда шла реализация продукции и была прибыль, а сейчас в виде арендной платы они вынуждены платить в течение всего года. Я считаю, в результате этих нововведений Астраханское предприятие на бок легло, да и Волгоградское додавили.
КОРР.: Но есть же в России предприятия, которые держатся.
ГРЕБЕНЬ: Но это единицы. По Волге если посмотреть - Астрахань сейчас уже на последнем издыхании, Волгоград - тоже, Саратов, Энгельс - тоже. Предприятия, которые работали в кооперации с государственными предприятиями, все оказались на боку.
Сейчас на каждом заводе в первую очередь держат рабочие места для своих. Если взять нашу область, - у нас вроде бы развито крупное машиностроение, много заводов-гигантов. А что мы видим сегодня? Тракторный завод раньше выпускал десятки тысяч тракторов ежемесячно, а сейчас, если выпустит 500 тракторов в месяц, дай бог. С ним уже кооперации нет. Завод буровой техники - тоже крупный. Но делает он этих буровых установок сейчас одну-две-три в месяц. Что это? Почти ничего. «Баррикады», «Аврора» - военные заводы. Они сами лежат на боку. Здесь, в Волгограде, с кем-то кооперироваться - нечего даже и искать. Единственное, что можно делать, - крутиться самим, осваивать производство таких товаров, которые сразу можно предлагать на рынок.
Мы предлагали руководству «Маяка»: давайте мы возьмем ваших рабочих к себе, на сезон. С марта по сентябрь мы гарантировали им загрузку. Тем самым у них отпала бы необходимость выплачивать им простои, выпускать неликвидную продукцию. Но почему-то их это не устроило.
Сейчас со сдачей в аренду больших проблем нет. Желающих брать помещения - сколько угодно. Но если «Маяк» не в состоянии подыскать нужный профиль, то, мне кажется, целесообразно было бы сдавать в аренду помещения тем предприятиям, которые могут трудоустроить инвалидов. И даже на этих условиях и сдавать - они будут платить арендную плату плюс трудоустраивать инвалидов. На «Маяке» все площади сданы в аренду. А инвалидов работают единицы, люди сидят по домам… Надо пересматривать сами принципы организации предприятия, реконструировать их полностью. Центральное правление только выиграло бы, если бы оговаривался нормальный реалистичный процент отчислений от полученной прибыли на зарплату директору. Если директора и дальше будут работать на голых окладах, - все предприятия будут рушиться. Ни у кого нет никакого интереса на оклад в четыре-пять тысяч рублей бегать и искать выгодный профиль. Им сейчас достаточно того, что они сдают помещения в аренду, за счет этого они и живут.
И Центральное правление, с другой стороны, тоже понять можно. Когда мы, скажем, берем кредит в банке, мы закладываем все, вплоть до стола, стула и факса. Предприятие ничего не может заложить, хотя там корпус целый, который стоит приличных денег. Почему? Потому, что Центральное правление не разрешает это делать. Оно не уверено, что предприятие сможет вернуть этот кредит. И это какой-то замкнутый круг. Нельзя делать деньги из воздуха. «Маяк» не может даже частично заложить производственный корпус, чтобы получить оборотные средства. А если бы предприятие получило прибыль, процентов 25 процентов пошло бы в директорский счет, и он бы распределил, что директору, что заместителю - и при таком раскладе, я уверен, «Маяк» на боку не лежал бы, да и другие предприятия тоже. У них был бы стимул работать. Это мое видение. Я по своим рабочим вижу - если какая-то премия, то у них совершенно другой подход к делу. Они могут горы свернуть.
КОРР.: Сейчас многие предприятия разрушаются еще и изнутри из-за того, что происходят конфликты между зрячими и незрячими работниками.
ГРЕБЕНЬ: Конфликты на предприятиях возникают в силу чего? Рабочие чувствуют, что они зависят от лиц, занимающих руководящие должности. Они каким-то спинным мозгом чувствуют, выкладывается служащий или не выкладывается, а просто пришел отсидеть, получить зарплату и все. Если ему на этом предприятии не будут платить, у него больше шансов устроиться на любом другом. У инвалидов же такой возможности нет, и они очень болезненно воспринимают, когда видят, что их руководители и специалисты не выкладываются в своей работе. Потому что инвалиды зависят от них.
КОРР.: А у вас с этим как?
ГРЕБЕНЬ: У нас в этом плане, слава богу, нормально.
КОРР.: Разница в зарплате у ваших зрячих и незрячих работников большая? Или незрячие по другим расценкам работают?
ГРЕБЕНЬ: Нельзя сравнивать работу, допустим, простого сборщика и зрячего, который работает наладчиком.
КОРР.: То есть разница в зарплате есть только за счет уровня квалификации?
ГРЕБЕНЬ: Да, за счет уровня квалификации. Расценки же за одинаковую работу одинаковые для всех. Но я подчеркиваю, что инвалиды у нас получают значительно больше, нежели на предприятии, где они работали раньше.
На данный момент рабочим разницы большой нет, где работать. Их в первую очередь интересует зарплата. Социальная сфера ведь тоже захирела окончательно, предприятия уже не обеспечивают никаких социальных гарантий.
У нас в Волгограде, допустим, путевок в санаторий уже давно никто не получает. Трости выдает отдел социальной защиты. Магнитофоны тоже выдает соцзащита. Вся социальная помощь инвалидам перемещается под крышу соцзащиты. Областное правление, первичные организации, может быть, еще устраивают какие-то мероприятия, где незрячие могут собраться, пообщаться, поговорить.
КОРР.: Они превращаются в клубы.
ГРЕБЕНЬ: Все это тоже потихонечку будет сворачиваться, переходить под крышу соцзащиты. В нашем Центральном правлении не решаются этот шаг до конца сделать. Сейчас у нас 15 первичек, которые нужно финансировать - на заработную плату председателю и секретарю, на аренду помещений. Это накладно.
КОРР.: Это накладно, но все-таки старики, старушки приходят и как-то могут вздохнуть там, отвести душу.
ГРЕБЕНЬ: Не знаю, я далек от этой проблемы.
Хотелось бы, чтобы Центральное правление нашло какую-то продуктивную форму взаимодействия частного бизнеса инвалидов и предприятий, которые принадлежат обществу слепых. Если предприятия общества слепых не в состоянии обеспечить инвалидов работой, - то надо привлекать любую структуру, которая готова предоставить занятость для членов ВОС.
ДИКТОР: От редакции: остается только добавить, что на внеочередной отчетно-выборной конференции, состоявшейся 23 декабря, Александр Васильевич Гребень был избран председателем Волгоградской областной организации ВОС.