ДОМ, ГДЕ И ЛЮДЯМ, И КНИЖКАМ ТЕПЛО
посетил в Калуге наш специальный корреспондент
На базе Калужской областной специальной библиотеки для слепых прошла Всероссийская конференция по теме «Региональная библиотека в системе социокультурной реабилитации инвалидов по зрению», в которой участвовали представители 45 регионов. Думается, место проведения форума пропагандистов книги среди незрячих было выбрано далеко не случайно. Мне на своем журналистском веку довелось увидеть немало библиотек - от парадно-чопорной Библиотеки Конгресса США, Российской государственной библиотеки, которую мы еще недавно называли запросто «Ленинкой» и питерской имени Салтыкова-Щедрина до армейских полковых библиотек и сельских библиотечек, весь фонд которых умещался в одной комнате беленькой хаты, окруженной мальвами и кустами сирени. А вот в библиотеку для слепых попал впервые. И был немало и, скажу прямо, приятно удивлен тем, какая активная жизнь кипит в этом скромном, но как-то по-домашнему уютном здании. Причем, не только в нем самом, а еще и в филиалах, и в пунктах книговыдачи, действующих в 25-ти районах, на предприятиях и в лечебных заведениях Калужской области. Знающие люди говорят, что таким размахом может похвастаться далеко не каждый регион России.
Но интересно, я бы даже сказал, забавно то, что директор этого известного на всю страну «книжкиного дома» Мария Павловна Коновалова впервые узнала о том, что такое библиотека только после окончания школы. Она родилась в одном из самых глухих уголков Калужской области, в маленькой деревушке Хвостовичского района, в которую электричество-то провели, когда Маше было уже десять лет. И единственным книжным собранием, которое девочка видела в ту пору, были стеллажи в квартире директора школы: он разрешил юной книгочее брать домой томики Шекспира, Пушкина, Тургенева…
КОНОВАЛОВА: Я в 18 лет приехала в Калугу и впервые увидела областную библиотеку - огромное четырехэтажное здание. Даже не предполагала, что такие библиотеки бывают. И я поступила на библиотечное отделение нашего Калужского культурно-просветительного училища. Во время учебы я из библиотеки просто не выходила, все занятия у меня проходили только там. А потом поступила в Орловский институт культуры.
ДИКТОР: Конечно, тоже на библиотечный факультет. И сразу после выпуска - назначение директором централизованной системы, в которую входило 56 библиотек, и где Мария Павловна проработала полтора десятилетия - ровно половину своего трудового стажа. А еще была аспирантура, защита кандидатской диссертации. И второе пятнадцатилетие, отданное уже библиотеке для слепых, носящей имя Николая Островского. Прошедшую в Калуге Всероссийскую конференцию Мария Павловна считает… Впрочем, она лучше скажет об этом сама.
КОНОВАЛОВА: Конференция для меня стала как бы вершиной моей профессиональной деятельности на сегодня. Все научные, методические, творческие наработки, которые я вложила в свою кандидатскую диссертацию, и которые были апробированы и внедрены в нашей библиотеке, в библиотеках Калужской области, мне хочется передать коллегам из других регионов. Рассказать им о том, что нам удалось сделать для слепых людей. Ведь для нынешнего времени это слишком просто, если библиотека существует только как информационная среда. Изменился мир, изменилось общество, и у библиотеки сегодня должны быть другие функции. Одна из таких функций, которую мы уже десять лет разрабатываем, - это реабилитация через социокультурную сферу. Для этого на базе нашей областной библиотеки мы организовали 15 реабилитационно-досуговых клубов.
ДИКТОР: Как мы чаще всего представляем себе библиотеку? Уставленные книгами стеллажи, стойка, за которой восседает женщина, перебирающая наши формуляры, вычеркивающая из них то, что сдано и вписывающая то, что взято. Строгое объявление: «книги должны быть возвращены не позже указанного срока». В большинстве случаев этим и ограничивается общение между библиотекаршей и читателем. И это, в принципе, не вызывает претензий: библиотека на то и есть, чтобы взять в ней книжку, прочитать и отдать обратно. Правда, помнится, в былые времена в библиотеки приезжали авторы новых изданий, проходили, иногда довольно бурно, читательские конференции, выступали артисты-чтецы, или, как они тогда назывались, «мастера художественного слова». Проводились тематические вечера, особенно в дни юбилеев классиков или широко известных современных писателей. Потом все это пошло на убыль и сегодня такие мероприятия - большая редкость, даже в столице. А тут так свободно и привычно, хотя и, прямо отмечу, не без гордости звучит: в нашей библиотеке постоянно действует 15 читательских клубов по интересам.
Отвечает за работу клубов в Калужской библиотеке заведующая отделом обслуживания Ольга Ивановна Архарова. Ее рабочий стаж - три десятилетия, и все они прошли здесь.
АРХАРОВА: Клубы мы создавали постепенно, по мере изучения интересов и запросов наших читателей. Ведь только непосредственное общение с человеком помогает понять его душу, вникнуть в то, чем он увлекается, живет, дышит. И постепенно мы объединяли людей по их интересам, увлечениям. Мне кажется, что одна из главных задач социальной реабилитации заключается в том, чтобы помочь человеку адаптироваться в этом мире - и духовно, и морально, и физически, да и материально тоже. Не удивительно поэтому, что первым у нас возник клуб «Родничок»: товарищество садоводов и огородников. Не секрет же, что сейчас именно подворье помогает людям с малым достатком как-то обогащать свой стол. На занятиях этого клуба у нас выступают известные в городе и области селекционеры, такие как Владимир Николаевич Морозов, которого знает вся садоводческая Россия. Или Николай Николаевич Подкопаевский - его у нас в Калуге называют «смородиновый король». Они приносили свои саженцы, семена, все абсолютно бесплатно.
Интерес к земле обогащает людей духовно, объединяет их и позволяет хоть на какое-то время забыть и про свое одиночество, и про физические недуги. И занятия клуба, причем, не только «Родничка», я говорю о всех наших кружковцах, проходят не просто активно, а и по-домашнему, по-дружески тепло. Кто-то испечет каравай, кто-то принесет цветов. Кто-то сочинит и продекламирует стихотворение. И если люди приходят в библиотеку по одному, то уходят после этих встреч целыми компаниями и подолгу еще во дворе библиотеки продолжается обсуждение того, о чем не успели переговорить на «клубном часе».
ДИКТОР: Вот в этих словах - об объединении людей, о борьбе с одиночеством, мне кажется - ключ ко всему, что делается в калужской библиотеке. Они не раз звучали в наших беседах с ее работниками. Не буду называть имени, Мария Павловна Коновалова рассказала мне это по секрету, да уж скрывать-то особенно здесь нечего. Ослепла юная калужанка. В областном центре существует филиал Института микрохирургии глаза, но даже там ей не смогли спасти зрение. Девушка была в отчаянии, хотела руки на себя наложить. Но при институте есть филиал библиотеки. Вот через него ее работники узнали об этой беде. Пригрели человека, приголубили, втянули в орбиту клубного общения. И что же? Не так давно, причем именно в Международный день слепых, поздравили с законным браком. А разве одна она прошла через это? Мария Павловна приводит такой пример:
КОНОВАЛОВА: Вот мы узнаем: человек потерял зрение в 33 года. Кто его научит Брайлю? В школу же его не посадишь. Значит, только библиотекарь, причем библиотекарь, в совершенстве владеющий методикой, имеющий и библиотечное, и педагогическое образование. И такой библиотекарь у нас есть: Василий Петрович Семачков. Тотально слепой, инвалид первой группы. Он 40 лет работает в библиотеке, 30 лет является и библиотекарем, и преподавателем клуба брайлистов.
Как раз на занятиях этого клуба и встретилась со своим будущим супругом та девушка, о которой говорила мне Мария Павловна. А вот что Ольга Ивановна Архарова рассказывает о других направлениях клубной работы.
АРХАРОВА: Ну, а сейчас у нас в буквальном смысле слова процветает клуб цветоводов. Мы назвали его «Эдельвейс» и многие стали выращивать этот цветок на своих участках. Очень приятно, когда едешь в городском транспорте и вдруг слышишь разговор совершенно тебе незнакомых людей о том, что вот дома или на участке возникли какие-то проблемы с цветами, и нужно обратиться в клуб «Эдельвейс» при библиотеке слепых, потому что там есть специалисты по борьбе с вредителями растений. И действительно, благодаря тому, что у нас много специальной литературы, ведь мы даже тематические подборки делаем по разным видам растений, наши активисты стали настоящими профессионалами.
Есть секция «Калужские однолюбы». Она объединяет любителей-краеведов. Мы совершаем прогулки по исторической части города, поездки по его окрестностям. Были мы и в Тарусе, и в Боровске, в Пафнутьевском монастыре. Регулярно бываем на Пушкинских праздниках в Полотняном заводе. Дорогой в электричке песни поем. Впечатлений хватает! Даже делаем фотоальбомы, выпускаем стенгазеты, пишем путевые заметки.
Большой популярностью пользуется наша литературно-музыкальная гостиная «Откровенность». В нашу гостиную мы приглашаем известных в городе людей: артистов, прозаиков, поэтов, архитекторов…
Между прочим, поэтов не всегда даже приходится приглашать со стороны. В библиотеке есть свой клуб любителей поэзии - «Лира». И его участники не только встречаются между собой, не просто читают друг другу свои стихи, но и издают поэтические сборники. Екатерина Валентиновна Николахина ведет в библиотеке все издательское дело.
НИКОЛАХИНА: Многие инвалиды по зрению хотят выразить себя через творчество. Мы связываемся с первичными организациями, они нам подают заявки на издание книг своих авторов. В области проходит конкурс «Лучики надежды» для детей с ограниченными физическими возможностями. И по итогам конкурса у нас уже есть изданная книга: «Не жалейте доброты своей».
Мы выпускаем книги краеведческого характера, правового характера. Они подразделяются на переиздания в брайлевском и «говорящем» виде книг уже вышедших в калужских издательствах, и сборники произведений наших авторов. В каждом районе области открыты отделы по работе с инвалидами. Им нужна методическая литература. В области больше ее негде взять, кроме как в библиотеке для слепых.
Запись книг мы осуществляли до этого года на нашей Калужской телерадиокомпании. Причем, ее сотрудники помогали нам в этом бесплатно, на добровольных началах, большое им за это спасибо. А в прошлом году у нас появился собственный тифлокомплекс для записи «говорящих книг» и специальный СИДИ-проигрыватель, который дает возможность переписывать книги в формате МР-3 в обыкновенный вариант аудиокниги, то есть переводить на кассеты.
Конечно, невозможно было переговорить о каждом из полутора десятков реабилитационных клубов. Тем более что невольно возник вопрос: ведь все это доступно для тех незрячих, которые живут в самой Калуге или ближайших ее окрестностях. А как быть с теми, кто живет в районах? Как обеспечить их литературой? Мария Павловна Коновалова рассказала целую историю о том, как она ходила по инстанциям, и как, в конце концов, добилась своего.
КОНОВАЛОВА: Когда я пришла в администрацию и сказала, что нам нужно 500 тысяч рублей на «говорящую книгу», у многих было просто шоковое состояние. Мне так и сказали: ты, Коновалова, ненормальная. Писали письма, ходатайства. И вот губернатор Анатолий Дмитриевич Артамонов уже пять лет подряд выделяет нам дополнительные средства на приобретение «говорящих книг» для пунктов выдачи, которые действуют в 25 районах, в сельских библиотеках. Но этого мало. Ведь без магнитофонов «говорящая книга» останется немой. И нас опять же поняли и поддержали. И сейчас у нас в каждой районной библиотеке имеется от трех до десяти магнитофонов.
Так же идет и пополнение фонда пунктов книговыдачи плоскопечатной и брайлевской литературой. И обновление основных фондов. И вот тут-то я решил присмотреться к тому, что же стоит на полках книгохранилища. Не секрет, что нынче вопрос о приобщении людей, особенно молодежи к литературе стоит очень остро. Издательства, чтобы выжить, гонят массовыми тиражами коммерческое чтиво, от которого у нормально воспитанного человека, что называется, уши вянут. Мало того, вся эта макулатура усиленно рекламируется. Серия «Черная кошка», якобы посвященная работникам правоохранительных органов, а по сути воспевающая воровскую романтику, помеченные изображением сердца, пронзенного стрелой, или лукавого амурчика книжечки «любовных романов», где, если использовать есенинские строки, «прыщавой курсистке длинноволосый урод говорит о мирах, половой истекая истомою», исторические в кавычках сочинения бывших сотрудников разведки, в свое время изменивших Родине, перебежавших в США и выдавших при этом всех известных им товарищей-нелегалов- вот что становится основным кругом чтения. Но, осмотрев полки, хранящие книжную и аудиопродукцию, я проникся к Калужской библиотеке определенным уважением. О чем не замедлил сказать ее директору.
КОНОВАЛОВА: Сейчас свобода всего и вся. Я не против свободы. Но мы должны воспитывать в людях нравственность, духовность. Вот если тебе хочется чего-то особого, некоей «клубнички» - это личное дело, иди в палатку и покупай. А библиотека - это культурная среда. Все должно быть цивилизованно, культурно, достойно. Нашей библиотеке выделяется 300 тысяч рублей на литературу. Мы работаем с десятью издательствами: с санкт-петербургским, с московским, с «Логосом», с «Мастер-книга», с нашим «Кругозором». С каждым издательством заключен договор, согласно которому мы заказываем литературу. При библиотеке есть совет читателей, и мы подключаем наш актив к подготовке заказа.
Что мы приобретаем? Наши исследования показали, что где-то на 80 процентов с лишним наши читатели - люди верующие. И еще восемь лет назад мы стали заказывать религиозную литературу и переиздавать ее по Брайлю. Это одно направление. Второе направление - художественная литература. Мы не зря ведь создали литературно-музыкальную гостиную. И встречи в ней проводим, я не боюсь этого сказать, на высоком уровне. И далеко не каждого автора мы на них пригласим. А вот такого, как Сергей Александрович Васильчиков, член Союза писателей России, человек, прошедший войну, написавший более сотни рассказов, повестей. После встреч с такими людьми я сомневаюсь, что кому-то захочется пресловутой «клубнички».
Говорят, о вкусах не спорят. Эта поговорка для тех, у кого именно вкус-то и отсутствует. А ведь вкусы надо воспитывать, и во время оно мы умели это делать. Это было время, когда залы оперных театров заполнялись до самых неудобных мест балконов, когда, чтобы достать билет на концерт симфонического оркестра, выступление Рихтера, Гилельса или Ойстраха люди занимали очередь у кассы с ночи, когда Пушкин и Лермонтов, Некрасов и Блок были общим достоянием наших людей, независимо от их национальности, когда строки Руставели, Низами и Гамзатова знал каждый русский школьник. И слава Богу, что есть еще у нас места, где о вкусах спорят, и в этих спорах для каждого рождается, пусть маленькая, но истина.
Когда меня только что представили Марии Павловне Коноваловой, она, предваряя нашу маленькую экскурсию по библиотеке, сказала: у нас книги улыбаются читателям. И сказала правду. Ведь книга - тоже живое существо, и те, что стоят на полках Калужской библиотеки для слепых не могли не впитать в себя ту атмосферу добра, заинтересованности и дружелюбия к читателям, которая исходит от хозяек этого гостеприимного дома. Дома, в котором тепло и книжкам, и людям.
КОНОВАЛОВА: Если в нашей работе что-то и появилось хорошее, это заслуга в первую очередь моих коллег-библиотекарей. Ведь, когда я начинала, понятия не имела, как работать со слепыми и слабовидящими. И здесь, колоссальную роль сыграла, конечно, Российская библиотека, ее директор. Алла Демьяновна говорила мне: вы должны поехать на Ставрополье, там накоплен уникальный опыт по работе со слепыми людьми. Вы должны поехать в Новосибирск, там ведется интереснейшая работа с общественными организациями. Вы должны поехать в Питер… Я с ее легкой руки побывала уже в семнадцати регионах. И все лучшее, что наработано моими коллегами, я брала для нашей библиотеки. Большую роль играет наше участие в Крымских международных конференциях, ведь там собирается элита библиотечной мысли, съезжается до полутора тысяч делегатов из сорока стран мира. Работает более двадцати секций. Я побывала уже на семи конференциях.
Хорошим подспорьем стало участие в делегации, которая ездила в Соединенные Штаты Америки. Мы познакомились с методикой работы со слепыми студентами, технологией создания рабочих мест для них. Наш коллектив ведет сейчас переписку с Библиотекой Конгресса, там уже созданы рабочие места для библиотечных работников-инвалидов. У нас такого еще нет. И вот это толкнуло меня на создание рабочих студенческих мест в наших калужских вузах - Институте и Университете социальных отношений. Я передала им методику работы со слепыми, рассказала, как строить рабочие места для студентов-инвалидов и для тех, кто завтра пойдет трудиться в инвалидную среду. Ректоры этих вузов, педагоги, которые изучают и ведут подобные дисциплины, сказали: да, это нам надо.
И тогда у меня остался только один вопрос: «Как у вашей библиотеки складываются отношения с региональной организацией и вообще с Обществом слепых? Ведь в ряде регионов они, к сожалению, стали, мягко выражаясь, довольно сложными».
КОНОВАЛОВА: Библиотека и Общество слепых - это единое целое. Мы дорожим Обществом. Мы с ним не просто ладим, мы с ним сотрудничаем. И все наши проблемы - с помещениями, с комплектованием, с отоплением, со светом, с финансами - мы в первую очередь решаем с Обществом. Все радости и горести несем туда. Три сотрудника нашей библиотеки являются членами правления областной организации Общества слепых. И мы этим очень дорожим.