[Содержание]

МОЛОДЫМ КУДА У НАС ДОРОГА?

Время неумолимо, и вопрос обновления кадров руководителей всех рангов и работников аппарата различных уровней во Всероссийском обществе слепых встает все более и более остро. Ведь не секрет, что средний возраст деятелей руководящего звена колеблется в пределах 50-60 лет, и не секрет также, что этот возраст уже далеко не самый продуктивный. Да, в последние два года председательский состав несколько помолодел, и слава Богу, если эта тенденция получит реальное развитие. Потому что тут есть и определенные опасения: новых кандидатов на должности надо искать, готовить к работе, учить, помогать им набираться опыта. А нет-нет, да и просматривается в руководящих кругах, прежде всего на областном уровне, эдакое нежелание так сказать «подвинуться», уступить свое насиженное кресло другому. Конечно, благое дело делает институт «Реакомп» своими группами подготовки кадров. Но от получения свидетельства об окончании этих курсов до возможности применить полученные знания на практике - «дистанция огромного размера».

Но это - только один из вопросов, которые возникают, когда размышляешь о дальнейшей судьбе ВОС. Стареет ведь не только руководящий состав - стареет само Общество, недаром некоторые острые языки уже окрестили его Обществом бабушек и дедушек. Получается парадоксальная ситуация: в стране, к сожалению, все увеличивается число молодых парней и девушек, полностью или частично лишенных зрения, а Всероссийское общество слепых очень скудно получает молодое пополнение. В чем дело?

Обо всем этом и о многом другом, что волнует реакомповских курсантов, и шел разговор нашего корреспондента с теми, кто ныне обретается в стенах института и запасается впрок навыками руководящей работы.

Корр.: Я попрошу, чтобы каждый ответил: кто вы, откуда приехали, чем занимаетесь или на какой должности работаете.

- Филатов Сергей Иванович. 35 лет. Женат. Двое детей. Живу в городе Сургуте Ханты-Мансийского автономного округа. Занимаюсь инвалидным спортом. Последние три года был призером чемпионатов России по легкой атлетике, чемпион России прошлого года по плаванию. В рамках реабилитационной программы веду курс по Брайлю, преподаю азы компьютерной техники.

Корр.: Как вы попали в группу подготовки? Это была ваша инициатива или председателя региональной организации?

- Получилось совершенно случайно. В мае этого года я был в Купавне, получал собаку-проводника. И заехал в «Реакомп». А тут вышла Ольга Валерьевна Сергеева, пригласила меня в кабинет. Переговорили. Она спросила, не хочу ли я у них поучиться? Я ответил, что об этом еще не думал. Две недели спустя на областной спартакиаде, встретившись с председателем региональной организации, рассказал о предложении Сергеевой. А в августе уже получил анкету, сказали: собирайся, едешь.

- Меня зовут Кислицкий Сергей Николаевич. Я из Калининграда. Работаю на предприятии ВОС не освобожденным председателем профсоюзного комитета. Учусь заочно в Российском государственном университете имени Эммануила Канта на пятом курсе юридического факультета. Женат. Дочке 10 лет. Председатель нашей региональной организации Надежда Александровна Воронцова уже два года пыталась меня сюда отправить, но у меня всё время совпадали сроки университетских сессий и курсов «Реакомпа». А для меня в первую очередь, все-таки, учеба в университете. Сейчас, наконец, выдалась возможность приехать. Для меня здесь главное - познакомиться с работой предприятий, деятельностью местных организаций, чтобы потом, отталкиваясь от этого, действовать у себя, основываясь на положительном опыте.

- Мария Ефимовна, Москва, местная организация Измайлово. Член бюро, отвечаю за культмассовый сектор. В организацию вступила всего 5 лет назад. При этом больше трех лет я как-то не была связана с деятельностью ВОС, но когда председателем нашей организации стала Валентина Николаевна, она сумела оживить ее деятельность, привлекать молодежь. Благодаря ей, и я вошла в актив, а потом оказалась и в «Реакомпе». На курсах я много узнала о Всероссийском обществе слепых, и теперь мне хотелось бы реализовать свои возможности уже в системе ВОС.

Корр.: А кто вы по профессии?

- У меня высшее образование. Одна профессия - искусствовед, вторая - бухгалтер. Трудовой стаж более 20-ти лет.

- Горбачева Светлана Ангеловна. Город Нижневартовск, Ханты-Мансийский автономный округ. Групорг. Руководила группой с 1993 по 98-й год. Потом ушла, потому что работа групоргов, честно говоря, неблагодарная, она не пользуется вниманием наших чиновников. Но в 2003 году меня вновь избрали групоргом. Поехать в «Реакомп» мне предложила председатель нашей региональной организации Галина Александровна. Видимо, открывается какая-то перспектива. У нас нынешний председатель местной организации не очень активен. Жизнь-то идет вперед, инвалиды хотят работать на компьютерах, получать информацию. А у нас затишье. И сейчас возможно будет ставиться вопрос, чтобы ханты-мансийскую местную организацию объединить с какой-либо другой: либо с Нижневартовской, либо Сургутской. Но это уже будет решать наше региональное руководство.

- Топунова Надежда Николаевна. Челябинск. Некоторое время работала групоргом, но организация у нас большая, больше тысячи человек, поэтому мне предложили стать помощником председателя местной организации. Так что теперь я и групорг, и помощник председателя.

Корр.: А как вы попали в «Реакомп»?

- Председатель региональной организации Татьяна Павловна предложила поехать поучиться.

Корр.: А какое у вас образование?

- Я окончила Челябинский юридический техникум, бухгалтер-финансист.

- Проняшин Валерий Юрьевич. Одинцово, Московская область. В организации ВОС недавно. Бывший офицер. Тотально слепой. Сюда попал по рекомендации Алексея Васильевича Шкляева. Мне предложило приехать сюда и поучиться руководство института. А поскольку тут затронули работу первичных организаций, я хочу сказать, что больше двух с половиной лет состою в первичке, и не знаю даже, как зовут моего групорга. Потому что за все время ни разу он, или она, я даже не знаю, кто, не позвонили, не спросили, жив ли я вообще.

Корр.: То есть, если бы не ваше знакомство со Шкляевым…

- Так бы я и гнил там у себя потихонечку.

Корр.: Не помню случая, чтобы в наших организациях сами кого-то отыскали, выявили, привлекли к работе. А теоретически это возможно, если человек сам не ищет контактов?

- Скорее всего, нет.

- Бженаев Варсений Хасанович. Кабардино-Балкария. Заместитель председателя местной организации ВОС. Вторая группа инвалидности. Меня на учебу рекомендовала председатель региональной организации Лариса Иссаевна Черкесова.

Корр.: Сама, без инициативы с вашей стороны, да?

- Она рекомендовала меня на должность председателя районной организации, поэтому и направила сюда. Я работаю в ВОСовской структуре 8 лет, живу в Тереке, там у нас местная организация. А региональная в Нальчике, это километров за 60. В нашей организации 155 человек: 35 инвалидов первой группы, остальные второй. С этого года мы начали включать в ВОСовские структуры незрячих детей. 16 ребят уже приняли. До сих пор нам этого делать не разрешали. Ведь по уставу только совершеннолетние инвалиды могут вступать в ВОС. Почему так придумали, я не знаю. Но это же наши дети. И если ребенок не видит, мы должны их принимать к себе, чтобы они те же льготы получали, что и взрослые члены ВОС. И мы стараемся этим ребятишкам помогать в первую очередь.

Корр.: Вы их взяли на учет?

- Да. Такое решение региональная организация приняла самостоятельно.

- Виктор Федорович, из республики Адыгея. Работаю председателем местной организации.

Корр.: Вы из Майкопа?

- Из районной местной организации.

Корр.: А как попали на курсы?

- По направлению председателя региональной организации. Я и сам хотел приехать, узнать, как решать кое-какие организационные проблемы: как правильно вести собрания, как вести документацию…

Корр.: Вы учитесь в группе подготовки руководящих кадров Общества. То есть, имеется в виду, что в перспективе займете какую-то руководящую должность. У вас какое образование?

- Среднее. Я думаю остаться в своей местной организации.

- Журавлев Юрий Владимирович. 32 года. Два года работаю председателем местной организации в городе Мценске Орловской области. В 22 года получил производственную травму. Первая группа инвалидности. Техникум окончил, еще будучи зрячим, по специальности «гражданское промышленное строительство». В данный момент студент Орловского государственного университета. Женат. Со дня на день ждем появления ребенка. Сюда я попал по собственной инициативе. В прошлом году я был на курсах повышения квалификации для председателей местных организаций, и узнал вот об этих курсах. После этого начал переговоры с председателем региональной организации о том, чтобы меня на них направили.

Корр.: Это Анна Павловна Юрочкина.

- И наши беседы с ней длились год, если не больше, пока уже сам «Реакомп» не встал на мою сторону.

Корр.: А что, она не хотела вас посылать?

- Ну, судя по ее поведению и по тому, как направлялись сюда мои документы, так и было.

Корр.: А как вы считаете, почему?

- Потому что у нас многие на словах за молодежь, за то, чтоб она приходила в Общество. А на деле перед той же молодежью ставят всевозможные барьеры. Из Орловской области за восемь лет, если не больше, ни одного молодого человека не послали на учебу. Поэтому молодежь к нам и не идет.

Корр.: Меня поражает, что сама-то молодежь не идет напролом. Понимаете? Когда в Обществе верховодили инвалиды войны, Зимин, вся эта старая гвардия - они тоже рога выставляли, чтобы никто даже близко к их руководящим креслам не подошел. Да так, наверное, было всегда, так есть сегодня, так будет и завтра. Потому что людям, занявшим какие-то должности, кажется, что они лучше всех со своими обязанностями справляются.

- Но я, например, сам пробивал себе дорогу. А кто-то, пожалуй, и не сумеет, хотя он, может, умнее и грамотнее меня.

Корр.: А вы уверены, что он сможет хорошо работать, если у него нет силы даже самому-то пробиться?

- Ну, не все же должны именно руководителями работать. У меня, допустим, есть парень, он учится сейчас на бухгалтера в финансово-экономическом институте, учится на пятерочки. Умничка парень. Вторая группа инвалидности. Где его можно трудоустроить у нас в городе? А в области его могли бы со второй группой трудоустроить. Скажем, сидит главный бухгалтер, когда-то окончивший техникум, и на современные условия уже неадекватно реагирующий. Но кто молодого на его место возьмет?

Корр.: Я и говорю, что сегодня надо, наверное, ставить вопрос о том, чтобы в аппаратах организаций работали инвалиды по зрению. Потому, что есть инвалиды с образованием, и они, как правило, хорошо работают на компьютере. А это значит, возможна обработка любой информации.

- Но инициатива снизу не эффективна, если не находит поддержки в верхах. А сверху инициатива не идет.

Вот тут, видимо, оказалась затронутой столь больная тема, что заговорили сразу все участники беседы, чуть не перебивая друг друга.

- Вся проблема в том, что средний возраст членов ВОС у нас в организации около 60-ти. И большинство тех, которым за 70. Ну и скажите, кого они будут избирать? А должности-то у нас выборные.

- Выборная должность? Вы прекрасно знаете, как проходят выборы на уровне региона.

- Правильно. Местными организациями зачастую руководят люди в очень солидном возрасте. Они насиживают себе место, и уходить с него не хотят. И вышестоящая инстанция, где руководитель тоже такого же возраста, не станет смещать этого человека. Поэтому молодым пробиться снизу не получается.

Корр.: А есть ли молодые деятельные люди, которые хотя бы теоретически могли бы претендовать на должности председателей местных или региональных организаций? Мне постоянно говорят, что, мол, там не тянет председатель, там не тянет, а избрать некого. Хотя я уверен, что есть среди молодежи люди, которые могут хорошо работать, энергичные, образованные, которые дорожат нашей ВОСовской организацией. Но почему-то их никто не знает.

- Возьмите, как пример, нашу Калининградскую местную производственную организацию. К нам приходят молодые ребята, девчата, но, проработав месяц и получив первую зарплату, увольняются. А незрячие, получившие высшее или среднее специальное образование, не могут себя как специалисты реализовать. И они находят работу, где им интересно, где они получат и достаточное материальное вознаграждение, и моральное удовлетворение. А сидеть и ждать, пока там кто-то наверху снизойдет обратить на них внимание, естественно, никто не будет.

Корр.: У меня вопрос ко всем. Организации, в которых вы состоите, увеличиваются или уменьшаются? У нас считается, что в ВОСе 270 тысяч человек. Но ежегодно численность Общества уменьшается примерно на две-три тысячи, это только официально. Неофициально эта цифра, я думаю, гораздо больше. Таким образом, организация наша просто потихоньку тает.

- Можно я отвечу? Я хочу сказать, что вот у нас, в северных районах, как раз наоборот - идет увеличение. Мы с 2005 года начали работать с МСЭК напрямую. Мы к ним приходим и просим дать информацию о тех, кто получает инвалидность. Нам дают фамилии, адреса. Мы тут же отправляем этим людям почтовые открытки с приглашением либо придти, либо позвонить к нам в Общество. Вот за первое полугодие у нас побывал 41 человек. Из них 25 вступило в Общество. Это говорит о том, что людей в первую очередь интересует, какая проводится работа в общественных организациях. Я с ними, как групорг, провожу беседы, рассказываю о целях и задачах Общества, о том, чем мы занимаемся, что у нас может быть для них интересного. А потом предлагаю: если вы пожелаете вступить в наше Общество, участвовать в наших мероприятиях, мы будем вам очень рады.

Сейчас очень активная молодежь. У нас в группе 150 человек, из них треть - до тридцати лет. Они сами заинтересованы в общении. Есть молодежный клуб, который собирается два раза в месяц. Кстати, в мае нашей группе было 25 лет и в этот же день отмечали 80 лет Всероссийскому обществу слепых. Все бабушки-дедушки наши сидели и любовались, кто мог видеть, какие у нас молодые, как они красиво танцуют, как хорошо они поют, как стихи рассказывают. Так что молодежь у нас от пожилых людей не отгорожена. Благодаря тесному сотрудничеству с соцзащитой и соцстрахом, у нас в этом году было выделено очень много путевок. Больше 80-ти человек побывало только в санатории в Сочи, не считая наших санаториев - «Солнечный берег», «Машук». Много было в санаториях местного значения. Кто хотел отдохнуть и подлечиться, все сумели это сделать. Может, поэтому у нас и прирост.

- Я по Сургуту скажу. У нас ситуация довольно сложная. В городе 200 с лишним незрячих и 78 детей-инвалидов по зрению. В Обществе числится 70 человек. В этом году 7 человек подали заявления, чтобы вступить в Общество. Молодые вообще почти не появляются в организации, так как не видят для себя перспектив. Люди, которые занимают активную позицию, несмотря на инвалидность по зрению, поступают в высшие учебные заведения, находят применение в бизнесе, получают работу.

Корр.: Неужели неинтересно молодым людям с одной и той же проблемой по зрению знакомиться между собой, как-то сближаться?

- Дело в том, что организовать все это бывает довольно сложно. К примеру, пришли молодые и пожилые, сидят за одним столом, вроде общаются, да? Это ведь тоже надо, чтобы связь поколений была, чтобы пожилые люди общались с молодежью. Но организация такого мероприятия у нас просто-напросто безобразная. Когда люди только разговорились, вошли во вкус общения - тут же идет указание: будем петь песни. Достается баян и начинают петь.

Корр.: А кто ж это затевает?

- Руководители. После этого человек уходит и больше уже…

Корр.: Не приходит. Я б тоже больше не пришел.

- Когда я пришел два года назад в организацию, посмотрел списки членов ВОС. Числилось на бумаге 280 с чем-то человек. А начали менять членские билеты, оказалось, что всего лишь 206. Сейчас 221. То есть, пошла к нам молодежь. Кого-то мы трудоустраиваем, кому-то помогаем с компьютером, кому-то с учебой. Если идет реальная помощь - молодые люди к нам тянутся.

- У меня направление другого плана. Когда было 80-летие региональной организации, мы туда приехали, но молодых в зале оказалось всего три человека, включая меня.

Корр.: А почему?

- А это вопрос не ко мне.

Корр.: Я понимаю. Но у вас-то есть свое мнение на этот счет?

- Потому, что я уже сказал: перед молодежью ставят барьеры. Даже по поводу той же учебы. Приходится чуть ли не драться, чтобы отправить человека на учебу. Ведь во всех зрячих организациях, во всех структурах людей, на которых делают ставку, посылают на переобучение, платят огромные деньги, чтобы удержать молодых специалистов. А у нас обратная тенденция.

- Все дело в том, что у нас консервативная система, которая сама себя пытается защитить. Потому что приход молодых означает перемены, какой-то дискомфорт, кто-то должен будет уйти, чтобы молодежи освободить жизненное пространство.

- Все равно же придется!

Корр.: Еще такой вопрос. Мне кажется, что один из важных способов привлечь молодежь, это выдавать желающим бесплатные компьютеры. Купить новые компьютеры Обществу не по силам. Но сейчас в большинстве учреждений, фирм примерно каждые два-три года списывают, практически, весь компьютерный парк и меняют его. С ними можно договориться, чтобы они продали их нам задешево, а то и просто подарили. Кое-где так и делают. Допустим, в Волгограде.

- Мы в Сургуте так делали. Газпром нам предоставил восемь компьютеров. Два из них мы оставляем в Обществе, поставим соответствующую программу, и будем обучать людей работе на них. Шесть компьютеров планируем раздать молодым. Но, скажем так: раздача бесплатных пряников не решает проблему.

- Не решает. Но стимулирует.

- Я бы хотела сказать, что проблем в нашей работе очень много. Вот сейчас говорили, что нужна связь между пожилыми и молодыми. Но! Даже на тот же праздник Нового года приходят и молодые, и пожилые. У них и интересы разные, и возможности разные. Поэтому у нас в первичке в 12 часов будет общее собрание, но для молодежи все равно сделаем отдельный праздник, они соберутся и, ради Бога, гуляйте так, как вам это интересно. Теперь насчет численности. У нас большая организация, больше тысячи. И практически нет ни одного месяца, чтобы кто-то не вступил в наше Общество.

Корр.: Мне все-таки непонятно. На каждом совещании в Москве говорится, что очень плохо молодые идут к нам в организацию, ВОС потеряло престиж, привлекательность. А по вашим словам получается, что, вроде бы, не так все и плохо. Даже просто хорошо. И привлекательность организация не потеряла, и народу в ней прибавляется. Откуда такая разница?

-У нас в Сургуте в Обществе состоят люди даже 1914 года рождения. Они из квартиры не выходят. В организации они числятся, но их как бы и нету. И таких в Сургуте около десятка.

Корр.: Это-то ясно. Непонятно другое: почему не приходят новые?

- Когда я обратилась к нашему непосредственному руководству в Ханты-Мансийске и спросила, сколько у нас сейчас в округе на учете инвалидов по зрению, мне ответили: 375. Я удивилась. А секретарь, Зинаида Васильевна, отвечает: ну, Светлана Ангеловна, мы же не можем заставлять людей вступать в Общество. Я ей говорю: вы хотя бы работу на местах проводите, даете указания групоргам, чтобы они привлекали, агитировали инвалидов по зрению? Ответ меня поразил: дескать, это вообще не наша работа, люди знают, что есть Общество слепых, если захотят, пусть вступают. Вот откуда все и идет! На местах не работают, чтобы привлекать инвалидов в организацию. Только поэтому идет снижение общей численности.

- Ведь прирост инвалидов в стране идет постоянно.

- В том числе инвалидов по зрению. В Сургуте ежегодно добавляется человек по 10, наверное. А к нам в Общество не идут.

Корр.: Человек слепнет, и круг его общения сразу меняется. И чаще всего он остается в одиночестве. То ли не знают о существовании Общества, то ли боятся выходить из дома?

- Я просто скажу о том, что сам пережил. Я полностью ослеп в 1999 году, то есть, совсем недавно. Естественно, глубочайшая депрессия. Но я ведь не один такой. Наверное, одна из основных задач Общества - вытаскивать людей из этого состояния.

Корр.: Кто должен вытаскивать?

- Деятельные восовцы. Актив.

- Мы! Мы и должны вытаскивать, мы должны стучаться к ним в квартиры, говорить: ребята, идемте к нам. Вот в этом году нашей местной организации удалось достучаться до семи человек.

Корр.: Вот я с самого начала талдычу про таких людей, которые на это способны. Не может быть, чтобы таких у нас не было.

-Но выходит так, что деятельные люди находят применение своей активности вне ВОС. Это в советские времена чуть ли не добровольно-принудительно слепые вступали в ВОС. А сейчас хочет он - вступает, хочет - нет. У него есть возможности решать свои проблемы на уровне социальных служб. Потому что там особой разницы не видят: член ты ВОС, или нет.

- Это одна причина, и, я думаю, очень важная. А, может быть, вторая причина состоит в том, что наша инвалидность, как в одной газете я недавно прочитал, - ложная инвалидность. На самом деле, инвалид второй группы вполне еще может чувствовать себя здоровым человеком. И он просто еще не созрел для общения с инвалидами. Ему они не нужны. У него другая компания, у него другие интересы. А кто тянется в наши организации? Те, кто ищет в ней какой-то поддержки. А если он такой «липовый инвалид», на кой черт ему этот ВОС и окружение слепых? Слишком много стало таких, кто получает инвалидность просто ради пенсии, ради каких-то, пусть и небольших, льгот.

- Может быть, и так. Но вот я потеряла зрение в 19 лет. И когда я пришла в первичку, там одни бабушки и дедушки, у них свои интересы, а ты сидишь в сторонке, и чувствуешь, что ты им не нужна. Когда уже потом пришли к нам люди примерно моего возраста, тут уже мы стали действовать по-своему, у нас появился свой интерес, организовали театральный кружок. И мы туда летим не на работу, а на праздник. И мы теперь не только свои мероприятия проводим, но и другим помогаем что-то провести интересное.

- Еще одна беда: слабая информированность. Возьмите Московскую область. У нас МСЭК по зрению одна, в Подольске. А первичных организаций по области очень много. И по идее региональная организация должна бы работать с МСЭК напрямую, как уже здесь кто-то рассказывал о своем опыте. А я никого и никогда из региона там не видел. В помещении комиссии нет даже объявления, что существует такое Общество слепых. Я сам о нем узнал случайно. А почему так происходит? Потому что там работают люди старые, и им это все не нужно.

- Нет больше заботы о людях.

- Просто все это требует определенных усилий, определенной работы и выбивает из привычного ритма жизни. Есть колея, по которой эти руководители едут, их ничто не трогает и они никого не хотят трогать, механизм, хоть и ржавый…

- Но работает.

- Да, работает. А вы хотите смазать этот механизм? Да не получится. Вы просто поломаете его, и все.

- Я пять лет слыхом не слыхивал, что есть Общество слепых. С 1999 по февраль 2002 года просидел не выходя из квартиры. Только в 2002-м попал на реабилитацию. То есть, в промежутке между получением инвалидности и вступлением в Общество часто образуется огромный разрыв, а человек находится в депрессивном состоянии - и кто ему поможет? Кто будет вытаскивать из этого состояния?

- А делать это все-таки должно Общество, наше Общество, я имею в виду.

- Да. Общество слепых. Если этим человеком занимается только социальная служба, к примеру, фонд социального страхования - да, они берут на себя определенные заботы. Но ведь никакого стимула-то к жизни у человека не остается.

- Другое дело, когда к нему приходит человек из той же первички и говорит: посмотри, я такой же инвалид, по зрению, но я хожу, я работаю, встречаюсь с людьми, живу интересной жизнью. И реально, на собственном примере рассказывает обо всем, что он будет иметь, вступив в Общество.

Корр.: Вот вы учитесь в группе по подготовке руководящих кадров Общества. То есть, каждый из вас рано или поздно будут руководить, а некоторые и уже руководят организациями. Так вот, что бы каждый из вас хотел изменить в деятельности своей организации? Вы же все сравнительно молодые люди, полные сил, и у вас еще впереди много времени, чтобы развернуться.

- Я бы развивал возможности использования незрячими современных компьютерных технологий. И второе направление: сейчас очень большое количество детей рожается с патологией зрения. И нам надо сотрудничать с такими семьями еще на самом раннем этапе, чтобы, когда человек вырос, он мог сказать: вот в течение 18-ти лет Общество обо мне заботилось, оказывало моральную поддержку родителям, мне самому. Поэтому я пойду в ВОС, и буду так же помогать людям. Необходим патронаж семьи со стороны Общества. Ведь на местном уровне тифлоспециалистов нету. И оказать семье помощь даже минимальную, не то что материальную, а чисто информационную практически некому.

Корр.: Ну а еще?

- Я развивал бы спортивную реабилитацию инвалидов. Стимулировал повышение образования у восовской молодежи. Помогал бы им организовывать частные предприятия. То есть, добивался бы того, чтобы люди пытались самореализоваться во всех сферах жизни.

- Я бы хотел, чтобы у нас чаще проводились региональные и межрегиональные спортивные мероприятия, фестивали, и не один раз в год, как это у нас бывает, а как можно чаще, и между регионами, и между первичками, чтобы инвалиды по зрению, в особенности молодежь, знакомились, общались между собой,

- В советские времена люди вступали в ВОС потому, что единственным местом, где можно было найти работу были УПП, и ВОС было достаточно богатой организацией. Сейчас большинство предприятий ВОС переживают не лучшие времена. А активные люди находят себя, как правильно было замечено, на открытом рынке труда. Поэтому нужно сделать все возможное, чтобы Общество стало привлекательным для молодежи, давало ей дорогу.

- Ну, слава Богу, если это будет так. Но ведь многие люди самостоятельно реализоваться не могут. И в то же время в ВОС не идут. Хорошо, если человек вроде бы и слепым себя не считает, да и выглядит не как слепой, и возможности у него все еще, как у здорового человека. А если нет? Гонора хватает, а на самом деле это просто слепой человек, который сам себя обкрадывает.

- Просто он не видит перспектив своего участия в ВОС. И мне кажется ВОС должно взять на себя как обязательную функцию помощи молодежи в трудоустройстве, независимо, на своих ли предприятиях, на предприятиях ли других форм собственности.

Корр.: Вот вы сейчас стали, допустим, руководителем организации. Чем бы вы занялись в первую голову?

- Попыталась бы наладить контакты с биржей труда, с фондом занятости, в Москве это, в общем-то, реально. Существуют сайты поиска работы. Наверное, можно договориться, чтобы работодатели давали на этот сайт свои объявления именно для людей с ограниченными возможностями по зрению.

-Надо активнее воздействовать на наши власти, наше уважаемое правительство, которые принимают законы, постановления, положения, и считают, что действуют правильно. А надо было бы, принимая законы, касающиеся инвалидов, сначала узнать мнение самих инвалидов, провести какой-то опрос. Хотя бы взять пресловутый 122-й закон. Приняли, всего нас лишили, и лишь потом поняли, что наделали ошибок.

- Есть такое пожелание, чтобы руководство первичек работало и по выходным дням, то есть, либо в субботу, либо в воскресенье, хотя бы раз в месяц, чтобы инвалид первой группы мог приехать в первичку, лично пообщаться с председателем или членами бюро. Ведь для этого нужно, чтобы его могли сопровождать члены семьи, а по будням они работают.

- Ну, это зависит от руководителя. У нас, например, все собрания, все мероприятия проходят по субботам.

-Есть куда более масштабные проблемы. Необходимо налаживать более плотные связи с областными администрациями, с законодательными собраниями, и обязательно - со средствами массовой информации. Далее: необходимо изыскать возможности перепрофилирования наших предприятий, так как это одна из финансовых составляющих Общества, вводить автоматическое оборудование, и, оставив зрячих работников, параллельно расширять применение труда незрячих всюду, где только возможно, предварительно наладив их обучение новым специальностям. Обществу, на мой взгляд, необходимо, проявить инициативу в создании Российской партии инвалидов, которая смогла бы участвовать в выборах депутатов всех уровней: в городской совет, областной совет, Госдуму. Если на всех уровнях власти инвалиды смогут сами отстаивать свои права, это будет достаточно эффективно.

Вот на такой глобальной, так сказать, ноте закончилась наша беседа. Думается, в ней прозвучало немало интересных предложений, которые пусть даже при некоторой их противоречивости, стоило бы взять на заметку руководству Общества, как в центре, так и на местах. Участниками разговора была высказана весьма серьезная озабоченность положением дел в нашей организации. К ней тоже стоит серьезно прислушаться, особенно сейчас, в период отчетно-выборной компании, проходящей в ВОС. Но вот что заметно: на курсах «Реакомпа» подрастает новая формация будущих руководителей, активно мыслящих, готовых идти к новым рубежам. Важно лишь, чтобы их энергия, их взгляды на жизнь и деятельность Общества не остались втуне. Кадры, как известно, решают все. Кадры мы готовим. А вот сумеем ли использовать?

[Содержание]